girka | Про кошек, виолончель и Шуберта

В доме напротив, на одном этаже с АлкоголистА, его новой женой и старым Шубертом, живет профессиональный музыкант, виолончелист и любительница всех кошек в округе - Букет ханым. Букет ханым, дама довольна известная в широких кругах нашей улицы. Прославилась она тем, что позапрошлой зимой, купила старую, не функционирующий автомобиль марки Жигули семерка. Жигули, на нашу улицу притащил буксир, поставил аккурат под окна салона красоты, что в доме Алкоголиста на первом этаже, и удалился. Пока вся улица недоумевала для какого антруажу нам понадобилась эта развалюха, Букет ханым таскала в жигули подушки, подушечки и подушенки. Перетаскав сто подушек, она вздохнула, утерла лоб и заявила:

- Это приют для кошек. Зимний дом.

Улица задохнулась от возмущения: какой приют, какой дом, какие кошки?! Про салон красоты вообще говорить не приходится, у салона, вместе с владелицей и клиентками, случился общий, один на всех, родимчик.

- Такой! - заявила профессиональный музыкант, виолончелист и любительница кошек Букет ханым, - Зимний. И теплый. Вам то небось хорошо в домах, а кошки мерзнут.

И пошла собирать мерзнущих кошек по всем кустам и деревьям. Кошки, любящие Букет ханым всей душой, в автомобиль идти не хотели, орали, верещали, вырывались и царапались. Улица смотрела за происходящим затаив дыхание. Букет ханым, не обращая внимания на жестокосердечных соседей, запихивала кошек в не функционирующий автомобиль марки Жигули и обкладывала их подушками. Насобирав достаточное количество кошек, она приоткрыла окна в машине, на чуть-чуть, чтоб только воздух попадал, высыпала в машину мешок кошачьего корма, и со спокойной совестью пошла к себе домой.

Улица зажила новой жизнью. Каждое утро Букет ханым выпускала пленных кошек на прогулку и каждый вечер она собирала их снова, чтобы запихать в машину. Утром кошки орали от счастья, радуясь свободе, а вечером вопили от ужаса неизбежности ночевания в автомобиле "зимний дом". По ночам кошки тоже орали. Те, которым удалось скрыться и не оказаться в плену, орали от радости, хвастаясь своей умелостью, перед теми кошками, что оказались внутри машины жигули. А другие, которые сидели в машине, орали от ужаса, что вся их жизнь теперь ограничивалась пространством автомобиля жигули.

В общем кошки орали громко. Соседи тоже орали громко. И букет ханым орала им в ответ. Громко. Алкоголиста, не долго думая, решил, что у нас на улице теперь свобода и вообще, стал включать своего любимого Шуберта утром, когда Букет ханым выпускала кошек, вечером, когда Букет ханым загоняла кошек в автомобиль, и ночью, когда те и эти кошки общались между собой. Громко.

Вопли кошек сливались с музыкой Шуберта. Во всех близлежащих аптеках закончились затычки в уши. На нашей улице наступил апокалипсис. Мрак, ор, ругань и только Шуберт, пробиваясь сквозь весь этот ужас, напоминал о прежних, прекрасных днях.

На все замечания, упреки, просьбы и мольбы соседей, Букет ханым поджимала губы, делала скорбное лицо и решительно заявляла, что кошек будет спасать не смотря ни на что и вопреки.

- Пора со всем этим заканчивать. - однажды утром зловеще заявила владелица салона красоты и позвонила моей свекрови.

Свекровь к тому времени была готова не только заканчивать, но и начинать. Войну. Только не против, а за. За спокойствие, мир, красоту и порядок на нашей улице где цветут фонари.

Продолжение слeдует...